Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Свежий Номер

№ 7 (165), 2018


Зарубежная поэзия


Лео БУТНАРУ

ПЛЮС КО ВСЕМУ
 
НИКАКИХ ГАРАНТИЙ

Если ты умрешь
и воскреснешь,
нет никаких гарантий, что ты будешь знать,
как жить более человечно,
что ты успеешь сделать то, что мечтал,
но не успел сделать
в твоей первой жизни,
быть добрее,
благочестивей…

…что будешь долгожителем —
дабы
воскреснуть прямо из жизни,
минуя смерть…

Плюс ко всему,
раздражение от
книг некоего Лео Бутнару,
которого по неизвестным соображениям
перевели в пантеоне классиков
румынской литературы
(и окрестностей).



ПЕРИОД

Во времена большого расцвета каллиграфии,
живописи
и литературы
Китай сильно запáх тушью.

В эту эпоху писал и достопочтенный Бо Цзюйи.
Иногда его раздражало,
ему не удавалось сделать так, как было задумано.

Тогда на время
мастер отходил от иероглифов,
чтобы на расстоянии оценить их достоинства
и недостатки,
чтобы уяснить себе более точно —
что и как.
Иногда
в ярости он комкал бумагу,
и сухие буквы из туши рвались,
чуть слышно потрескивая,
и измельчались, как листочки какого-то причудливого
сожженного растения...



ЛЮБОВЬ И ПАМЯТЬ

Ночь налагает запрет на наши облики.
Ночь — тоже разновидность цензуры.

Ночь налагает запрет на наши облики.
В какой-то момент — окончательно.

Мы должны иметь хорошую память,
чтобы любить даже тогда,
когда не видим друг друга.



ИЗМЕНЕНИЕ ФОРМ

Ночью
слышен какой-то шорох. Да,
в пространстве
изменилась какая-то форма. Из равновесия вышло
нечто, что прежде
было неподвижно. Без этого
не был бы слышен
звук шороха.

...а это неслыханное
стихотворение —
ничто иное, как
изменение некоей формы
в твоем сознании...



АЦТЕКИ

Ацтеки были народом, граждане которого
от мала до велика
без запинки
внятно произносили:
«Кецалькоатль»,
или
«Тлауйскальпантекутли»,
то есть — Владыка Звезды Рассвета...

Более того: кажется, что «Тлауйскальпантекутли»
было первым словом,
который произносили в своей жизни ацтекские младенцы...

Да, его безошибочно произносили и старики с беззубыми ртами,
которые, как говорят, сами уже находились
«во рту смерти»;
произносили в час, когда появлялся величественный Тлауйскальпантекутли —
Владыка Звезды Рассвета —
и Ораторского Искусства...



НА САМОМ ДЕЛЕ — ЭТО БОЛЬШОЙ ПУТАНИК
 
1

Иногда я думал,
что даже опаздываю на работу
из-за моего доброго Ангела-хранителя…
Но мне,
в конце концов, надо было уяснить, что на самом деле
все этого связанно с Годо, который
даже при своем полном несуществовании
не может представить неопровержимых доказательств того,
что он все-таки —
самый неисправимый путаник в этом мире...



2

Довольно долго
ты ждал, когда придет Апостол,
который, скажет тебе нечто мудрое,
ободряющее
в этой жизни, столь похожей
на театр абсурда.
Наконец,
Апостол пришел —
с вопросом:
— Ждешь Годо?



ПРИНЦИП АНГЕЛА

Однажды,
когда я был еще учеником начальных классов
собственной школы литературы,
я увидел, как спускается с неба ангел,
и спросил себя: что бы я хотел от него небесного?..
Было бы хорошо,
если бы ангел подарил мне стихотворение —
именно о том, как он спускается на землю,
что он при этом чувствует,
и так далее…
Именно так я и сказал ему:
— Подари мне, пожалуйста, стихотворение.

Но я не получил больше, чем то, что вы читали до сих пор:
ангел был глухонемым.

...Так думал я,
но вот что удивительно: ангел все-таки заговорил:
— Я оставил тебя, чтобы ты сам разобрался, что и как. —
Сказал он, сделав остановку в своем пути. —
Видишь? Ты справился и сам.
Может быть, чуть-чуть помог и я —
вот здесь
и в самом конце —
и именно тем,
что говорю тебе сейчас.

Потом,
из других похожих случаев,
я понял надежный принцип:
случается,
что ангел может тебе помочь в начале
или в конце стихотворения.
Только так.
И больше никак.



Perpetuum

Все повторяется. Даже то, чего
никогда не было — повторяет
свое отсутствие.



ЛАВРЫ, МЕСТО

Если бы Ван Гога короновали,
как он того заслужил,
лавры скрыли бы место преступления —
его ухо,
которое он отрезал с такой жестокостью
к самому себе.



НЕОБХОДИМОЛЕ РАССТОЯНИЕ

Quel fut ton plus beau jour?*
                       Paul Verlaine



1

В условиях телепатии
и симпатии
мы можем читать мысли друг друга на расстоянии.

Будь добр, сделай шаг-другой назад,
чтобы можно было отрегулировать ясность
проявления
и передачи.



2

Я почтительно прошу
желающих мне добра,
чтобы смотрели на меня с некоторого расстояния.

Так
я мог бы показаться им
в какой-то степени счастливым,
а если вдруг кто-то из них
спросил бы меня:

— Когда ты был счастлив? —

Вероятно, я бы ответил (и, признаюсь,
ошибся бы):

— Наверное, завтра...



3

…И еще о необходимом расстоянии:

Теснота не для тех, кто распространяет свет разума:
слишком большая близость опасна
для зажженных свечей —
они нагреваются друг от друга,
изгибаются,
обмякают,
тают быстро, гаснут
прежде времени.

*Какой был твой самый лучший день? (фр.).



МОЖЕТ БЫТЬ, ЕСЛИ БЫ...

Не для того я родился,
чтобы всю жизнь боятся смерти.
Может быть, только недолгое время —
в годы наивного детства,
хоть и не исключено,
что мне придется впасть в детство еще раз
(если это будет мне дано), —
потому что я рожден не для того,
чтобы всю жизнь боятся смерти.

...Другое дело (а может быть,
это одно и то же),
что иногда
я боюсь жизни.



ВМЕСТЕ

Смерть — великан?
Тебе известно лишь,
что с нею вместе
ты довольно свободно помещался
в материнском чреве…

Можно сказать,
что так же происходит и с вами
в мировой бесконечности, где

люди убивают время.

Мертвое время убивает живых людей...



ГОЛОВОЙ НА ГРИВЕ

Что значит любовь на земле!

Ах!

Смотрю изумленно на двух усталых работяг-лошадок, которые
кладут головы
на гриву друг другу...



ИНОГДА

Иногда
вдохновение сродни абсурду:
например,
когда ты изобличаешь себя, декламируя стихотворение,
которых никто никогда не сочинял
и никто никогда не сочинит... — это глобальное
доказательство «от противного»
касается всего на свете,
на небе
и в поэзии,
откуда и вывод обо всем этом:

Ничего доказать нельзя.

Что и требовалось доказать...



ВСПОМИНАЯ МОНГОЛИЮ
 
1

Кочевник неистово скачет по степи. Но
времени от времени он останавливает коня,
разворачивает его
и заставляет сделать несколько шагов назад — чтобы
сполна вдохнуть расширенными ноздрями
запах истоптанной копытами полыни.



2

Степь... Необъятная степь...

Дорога сужается,
все сужается,
она все тоньше, как нить пряжи…
Там,
далеко,
ее конец может поместиться
в кармане у случайного шамана.



3

Кромешная тьма.
Первый раз в жизни чиркаю спичкой
в такой беспредельной
всемирной ночи.



ПОСЛЕ ДОЛГОГО ВРЕМЕНИ

Когда
после долгого времени
вновь открываешь крышку фортепиано,
его клавиатура как будто смеется от радости —
всеми своими зубами.



СРОЧНОСТЬ
 
1

Панта рей* как пантеон движения.

И в поэзии все течет,
все меняется;

и это стихотворение мне кажется зеркальцем у рта
другого стихотворения,
которое испускает последний вздох...

* Панта рей – (все течет; греч.), основополагающее положение диалектики, приписываемое Гераклиту, согласно которому ничто не остается в покое, но все, подобно реке, находится в постоянном движении.



2

Могло бы стать законом,
или исконным инстинктом;
могло бы стать обязательным, как конституция
или вера — но это так:

поэзия воскрешает как неотложная помощь
в спасении поэзии
от принижения.



ДИСКУРС
 
1

Я сказал: — Смерть.

…Я сказал себе
и остановился,
чтобы этот дискурс —
почти как минус —
не показался бы слишком
пессимистичным...



2

Ради любви к жизни,
а больше всего – ради ненависти к смерти
стоит жить!



МЕЖДУ СОТНЯМИ МАЧТ
 
1

Если
среди сотнями мачт, что покидают берега,
вы увидите человека без сил от странствий,
на хребте,
на костях которого кожа тела его
колышется, как парус на мачте,
знайте: это непременно
Одиссей;
он —
человек-мачта
человек-мечта...



2

Между сотнями мачт — раздвинутые
в воздухе руки
в бесконечном космосе —
обрубки мачт...

Куда плаваешь ты,
человек?..



НАЧАЛО И КОНЕЦ ФИЛОСОФСКОГО ТРАКТАТА

Предположим, что жизнь
и бессмертие...

…Да нет: предположим, что Бог...

…Извините,
но что мы делали до сих пор?

Стихи о стихах с кладбища автомобилей

... можешь почти не сомневаться, что
на громадном кладбище автомобилей,
в каком-нибудь «Мерседесе» (бывшем…),
под сиденьем какого-нибудь «Форда» или «Шевроле»,
«Дачия-Логан» и т. д. —
не мог не остаться клочок бумаги
с наброском стихотворения
или даже с целым стихотворением
(навсегда неизвестным…) —
какого-то настоящего Поэта
(может быть, даже больше, чем настоящего),
погибшего в катастрофе этого Мира.



ВИД ИЗ КОНЦЕРТНОГО ЗАЛА

Пальцы играющей на арфе? — Подобны они
десяти бледным рыбам,
мечущимся
в неводе струн.



РАДУНИЦА

На Радуницу
кладбища полны —
и под землей,
и над землей…



СЫР И ГАМЛЕТ

Если бы этот сыр был датским,
он напомнил бы мне о Гамлете —
герое, играющем спектакли
на перекрестках вопросов…

Но, увы,
это сыр – голландский,
и напоминает мне разве что
о заводном апельсине…



ИЗБЫТКИ

Избыточность, как правило,
подлежит осуждению.

…По сути дела,
вечность и бесконечность —
не что иное, как
избыток избытка...

Перевел с румынского Игорь ЛОЩИЛОВ



Лео Бутнару — поэт, прозаик, эссеист, переводчик. Дебютировал книгой стихов «Крыло на свету» в 1976 г. Издал в Молдове и Румынии около 60 книг разных жанров. Составитель и издатель ряда антологий, в том числе антологии «Русский авангард», отдельными книгами в своих переводах выпустил произведения Велимира Хлебникова, Алексея Кручёных, Яна Сатуновского, Геннадия Айги, Евгения Степанова, Александра Вепрёва. Лауреат литературных премий союзов писателей Молдовы и Румынии, Национальной премии Республики Молдова. Является членом Консилиума Союза писателей Румынии. Член Союза писателей XXI века.